Woman Journal

Вопрос, вынесенный в заглавие настоящей главы, весьма часто воз-
никает в дизайнерской проектной деятельности, в особенности при
проектировании качественно новых видов бытовых вещей. Каждая из
противоположных позиций сталкивается с серьезными контраргумента-
ми.

Ориентироваться на потребности? Но ведь потребитель в своих
представлениях и желаниях ограничен рамками уже сложившейся,
наличной реальности форм и вещей, зачастую плохо информирован о
лучших образцах или же просто не обладает развитым вкусом. Что
касается принципиально новых видов изделий, то потребность именно в
них вообще исключена, так как потребитель не может их знать: нельзя
знать то, что еще не существует. Действительно, как представить себе, к
примеру, потребность в холодильнике до создания холодильника? Очевид-
но, ориентация на потребности, ограниченные сегодняшними представле-
ниями о вещаХ, тормозила бы развитие дизайна, призванного видо-
изменять и совершенствовать мир вещей, а не воспроизводить его в
неизменном виде, развивать вкусы потребителя, а не просто приспосаб-
ливаться к ним.

Наконец, и это также очень важно, что считать потребностью, а что
нет?

Ведь одна и та же потребность может удовлетворяться самыми раз-
личными вещными средствами вследствие так называемой “эластичности”
потребностей. Не случайно и в социологии, и в дизайне время от времени

раздаются призывы вообще отказаться от понятия потребностей вслед-
ствие его неопределенности’.

Регулировать потребности в бытовых вещах, управлять ими, проек-
тировать их? У противников этой позиции также немало аргументов.
Быт как неофициальная область жизнедеятельности человека в
наименьшей степени поддается непосредственному и целенаправленному
регулированию. Здесь важное место занимают обычай и мода, семья и
неформальные связи между людьми. Быт - это та область, где индивиды
хотят и вынуждены сами нести бремя принятия решений о том, что и как
им делать (разумеется, в рамках определенных общих социальных
установлений). Индивидуальные и групповые различия в потребностях
чрезвычайно велики: то, что для одного - потребность, для другого -
излишество или блажь, а третьему вообще неизвестно, что это такое
и “с чем его едят”. Как в таком случае управлять столь разнород-
ными объектами? Кто и как будет определять, какие потребности сле-
дует формировать и развивать, а какие - игнорировать или даже сво-
дить на нет? Наконец, сама попытка вторжения в интимнейшую сферу -
сферу человеческих желаний - претит нам, так как помимо самого
человека, субъекта потребностей, нельзя решать, что ему нужно, а что
нет.

Такова проблема^. Чтобы наметить пути ее решения, необходимо
уточнить теоретические представления о потребностях в вещах и функ-
циях вещной среды в человеческой жизнедеятельности.

Можно считать общепризнанным положение о том, что социальные
потребности теснейшим образом связаны с системой общественного про-
изводства, определяются ею и, в свою очередь, обусловливают ее раз-
витие.

Не вдаваясь в обсуждение общей проблематики человеческих потреб-
ностей, которая широко дискутировалась в социальной науке, отметим
только, что потребности в бытовых вещах относятся к категории со-
циальных потребностей. Последние могут выступать, во-первых, как пот-
ребности социальных систем различного уровня (общество, социальная
группа и т.д.), во-вторых, как потребности личности, воплощающей оп-
ределенный социальный тип. Потребности в бытовых вещах с социоло-

^Decoufle А.С.. Schwartz N. The Concept of Needs: A Survey of Illusions // Futures. 1974. N I;
Lloyd-Jones P. Designing for Need. - Radio Talk // Design for Need. The Social Contribution of
Design / Ed. by Bicknell J., McQuiston L. Oxford a.o., 1977.

^Вот как сформулировал эту проблему Кшиштоф Мейсиер в статье “Вещи и жилище”,
опубликованной в польском журнале “Project”: “Каждый человек волен формировать свое
окружение в соответствии со своим психическим обликом и культурой - это положение,
представлявшееся правильным и справедливым, стало вдруг вызывать резкие нападки, после
того как его внесли в проект так называемой Неборовской Хартии, подписанной в конечном
итоге одиннадцатью международными организациями, занимающимися проблемами форми-
рования человеческого окружения. Как можно - спрашивали оппоненты - предоставить
заниматься этим важным делом неизвестно кому, руководствующемуся неизвестно какими
вкусами, если в нашем распоряжении имеется целая армия образованных архитекторов,
художников по интерьеру, градостроителей, ландшафтных архитекторов, дизайнеров? Мож-
но ли отказываться от культурных завоеваний человечества, отдавая дело проектро-мя в
руки любителей?” (Project. 1978. N 2. S. 85).

гической и социально-психологической точек зрения можно рассматривать
как социально-типические потребности личности.

Сложность проблемы состоит, однако, в том, что потребности в тех или
иных вещах, более или менее очевидные при изучении спроса на уже
выпускаемые изделия, теряют свою очевидность при проектировании но-
вых вещей и формировании нового их ассортимента.

Под потребностями обычно понимают нужду или недостаток в чем-либо
необходимом для нормального функционирования и развития биологичес-
кого организма, личности, социальной группы, общества; при этом потреб-
ности становятся внутренним источником активности^. Как отмечал
А.Н. Леонтьев, <потребность сама по себе, как внутреннее условие дея-
тельности субъекта, - это лишь негативное состояние, состояние нужды,
недостатка, свою позитивную характеристику она получает только в ре-
зультате встречи с объектом (”реализатором”, по этологической термино-
логии) и своего “опредмечивания”>^

Это взаимодействие негативного аспекта потребности (нужды, недо-
статка) и ее реализатора - объекта позволяет увидеть и выделить три
аспекта, три стадии развития потребности, предшествующие ее удов-
летворению. (Напомним, что субъект потребности в данном случае - оп-
ределенный социальный тип личности, а объект - бытовая вещь.)

Первая стадия - потребность-состояние (другое иногда используемое
обозначение - потребностное состояние) - представляет собой дообъек-
тную стадию формирования потребности. Она может существовать еще
до знакомства субъекта потребности с ее объектом или даже до воз-
никновения данного объекта вообще. Это “потребность в себе”, еще не
ставшая потребностью в вещи (или, скажем, в услуге). Именно в этом
смысле потребность в холодильнике до создания холодильника сущест-
вует’, она существует как нужда в тех функциях, которые он выполняет,
но которые еще не обрели своего вещного воплощения. Потребности-
состояния выражаются в разного рода напряжениях и проблемных ситуа-
циях, с которыми сталкиваются социально-типические субъекты деятель-
ности, или же в разного рода “поисковых автоматизмах”, не направленных
на определенный объект.

Вторая стадия развития потребности - потребность-стремление - на-
ступает уже после знакомства с объектом и фиксации его (либо его обра-
за, символа или знака) в сознании субъекта; при этом сам объект непо-
средственно недоступен в силу тех или иных причин. Потребность-
стремление выражается в активном поиске данного объекта (ситуации),
удовлетворяющего потребность-состояние. Именно на этом этапе, когда
объект, попадая в поле деятельности субъекта, становится реализатором
потребности, включаются механизмы мотивации: потребность-стремле-
ние - это одновременно мотив, движущая сила деятельности.

Наконец, третью, завершающую фазу формирования потребности,
предшествующую ее удовлетворению, составляет потребность-установ-

“Ядов В.А. Потребности // БСЭ. 3-е изд. Т. 20. С. 439.
*Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы и эмоции. М.: Изд-во МГУ, 1971. С. 5.

ка, или, шире, потребность-ориентация. Этот аспект потребности состо-
ит в готовности к определенным действиям, направленным на данный
объект (ситуацию), для удовлетворения потребности-состояния и потреб-
ности-стремления.

Различение указанных аспектов имеет смысл лишь в соотношении с
тем или иным реальным или возможным (в результате проектирования)
объектом или классом объектов: то, что мы интерпретируем как потреб-
ность-состояние по отношению к одному классу объектов, может быть
стремлением или установкой по отношению к другому классу. Так, цен-
ностные стремления и установки в отношении тех или иных сторон
бытовой жизнедеятельности применительно к проектируемым бытовым
вещам являются потребностями-состояниями.

Теперь мы можем уточнить, что следует понимать под ориентацией на
потребности и их регулированием. Если нет вольной или невольной, осоз-
нанной или неосознанной направленности на какие-то потребности в
процессе проектирования вещной среды, то регулятивные акты вообще не
могут состояться. В свете изложенного становится ясно, что ориентация
на потребности в процессе проектирования означает направленность либо
на нереализованные и подспудные потребности-состояния, либо на реали-
зуемые потребности-стремления, либо, наконец, на реализованные (не пу-
тать с удовлетворенными) потребности-установки, связанные с уже суще-
ствующими вещами и их образами.

Не вызывает сомнений, что дизайн призван ориентироваться на чело-
веческие потребности и вносить свой вклад в решение человеческих
проблем. В противном случае он лишается гуманистического смысла
своего существования в культуре и превращается либо в одно из орудий
социально манипулирования человеком, либо в проектирование, для ко-
торого люди выступают не как цель, а как средство для достижения про-
извольно конструируемого будущего, либо в самодовлеющую игру с
формами, для которой люди вообще не существуют. В известном от-
ношении главная функция дизайна состоит в концентрации усилий на та-
ких потребностях, которые в наименьшей степени удовлетворяются дру-
гими имеющимися в распоряжении общества средствами. Исторически
прослеживается постоянное перемещение интереса дизайнеров к наиболее
“горячим” проблемам, и это отчасти объясняет трудности в определении
дизайна и его границ. По-видимому, в дальнейшем такое перемещение
будет продолжаться, что вытекает из самой сути дизайна.

К каким же из выделенных аспектов потребностей следует обращаться
в процессе проектирования? Очевидно, необходимы ориентации на все три
аспекта, но при этом важно осознавать, о какой из них идет речь в раз-
личных проектных ситуациях, в пользу какой из них или же какого их со-
отношения следует сделать выбор. Нет нужды специально доказывать,
что этот выбор будет успешным при том условии, что он базируется на
глубоком понимании существующих и перспективных тенденций в со-
циальной, экономической, культурной областях и, в частности, собственно
в сфере потребления.

Следует подчеркнуть особое значение ориентации на потребности-сос-
тояния, так как именно в ней заложены основные возможности для твор-

142

ческого развития дизайна, для опережающего и развивающего проекти-
рования. Эта ориентация означает способность видеть реальные пробле-
мы для проектирования там, где они не лежат на поверхности. Она высту-
пает как направленность на функции как таковые, на функции, осво-
божденные от их наличного вещного воплощения. Временное отвлечение
от наличной вещной реальности в данном случае можно рассматривать
как методический прием, стимулирующий творческий поиск дизайнера.
Очевидно, одна и та же проблема на стадии потребности-состояния может
быть решена различными дизайнерскими средствами в зависимости от
обстоятельств.

Если исходить из отмеченного понимания потребности как нужды или
недостатка в чем-либо необходимом для нормального функционирования и
развития живой системы, то непременным условием обнаружения потреб-
ности следует признать определенное представление о целостности ее но-
сителя. Для того чтобы знать, что чего-то недостает, мы должны знать то
целое, в котором обнаруживается некоторая “пустота”. Очевидно, выяв-
ление потребностей-состояний и ориентация на них предполагают не
только пространственный, но и временной подход к тем целостностям, в
которых потребности выявляются. А это предполагает опору, с одной
стороны, на определенную интерпретацию культурной традиции, с дру-
гой - на прогноз будущих состояний субъекта потребностей.

Теперь обратимся к вопросу о том, как происходит регулирование по-
требностей в бытовых изделиях. Ведущая роль в этом процессе принад-
лежит социальным институтам: экономическим, политическим, нравствен-
ным, образовательным и т.д. Они регулируют не только потребности-
состояния, но и стремления и установки в отношении вещей. Помимо
социальных институтов регулятивную функцию в отношении потребнос-
тей выполняют социальные движения, обычай и, конечно, основной пред-
мет нашего анализа - мода. Они также регулируют все три аспекта по-
требностей в вещах.

Существует момент, в котором ориентация на потребности непосред-
ственно переходит в их проектирование. Это ориентация на “потребное”,
социально проектируемое будущее, иными словами, на социальные идеа-
лы. Ориентация на идеал, “приспособление” к нему становятся тепереш-
ней потребностью; иными словами, целенаправленное создание завтраш-
него образа жизни - это сегодняшее потребностное состояние.

В некоторых отношениях само проектирование бытовых вещей - ре-
гулятор потребностей в них. Если какие-то проектные решения приводят
к удовлетворению потребностей (состояний, стремлений или установок), ,
то в этом случае можно сказать, что имел место акт их регулирования,
так как в случае иных решений они получили бы другую направленность.
С другой стороны, проектированние вещей само по себе представляет не-
обходимый исходный этап формирования потребностей в них (на стадиях
стремлений и установок) постольку, поскольку вещи в качестве объектов
потребностей представляют собой реализаторы последних. Это относится
как к дизайну, так, разумеется, и ко всей системе общественного про-
изводства.
Ясно, что возникновения вещи самого по себе еще недостаточно для

того, чтобы она стала объектом социально-типической потребности лич-
ности. Для этого помимо прочих факторов требуется, чтобы образ ее
утвердился в общественном сознании в качестве функционально необ-
ходимого объекта, чтобы ее потребленине стало социальной ценностью и
нормой, определяемыми социальными институтами, распространяющимися
в форме моды или застывшими в форме обычая. Но и на последующих
фазах бытия вещей, в сфере распределения и, в частности, в рекламе,
роль дизайна в формировании потребностей чрезвычайно велика и прямо
зависит от его способности учитывать и удовлетворять их.

Остается сделать вывод, и состоит он в том, что вопрос, вынесенный в
заглавие настоящей главы, не содержит в себе дилеммы и, следовательно,
задача отнюдь не состоит в выборе альтернативы.